Ассоциативная связьВ ХХ веке в психоанализе складывается комплекс учений, раскрывающих психологическую обусловленность культурного творчества. При всем многообразии подходов для психоанализа культуры в целом характерна ориентация на усвоение и переосмысление психоаналитической парадигмы Зигмунда Фрейда— установки на выявление решающей роли бессознательных импульсов в поведении людей.

Психоанализ культуры исходит из идеи существования единого в смысловом содержании психич. пространства, протянувшегося от первичных психических реакций древнейшего человека до совр. состояний духовной жизни каждого индивида. Основанием этой идеи является психоаналитический принцип тождества онто- и филогенеза Согласно психоанализу культуры, данное тождество отчетливо проявляется в сходстве смыслов и образов древних мифов, сказок, содержания инфантильных фантазий, снов, невротического бреда и плодов художественного воображения. В каждом неординарном фрагменте культурного мира человека психоанализ культуры видит следы бессознательного, особенно властно заявляющего о себе своими типичными превращенными формами — многозначными универсальными символами, загадочными образами сновидений, навязчивыми сюжетами, раскрывающими запретные для культуры темы.

Основные психические детерминанты, определяющие, согласно психоанализу культуры, культурную жизнь индивида и человечества, были установлены Фрейдом в к. 90-х гг. 19 в., когда он, опираясь на наблюдения детской сексуальности и данные самоанализа, обнаружил инфантильные переживания, названные им отцовским комплексом. Ядро этих переживаний в свете его интерпретации оказалось содержательно близким духовному строю мифа об Эдипе (отсюда иное название отцовского комплекса — Эдипов комплекс) и потаенным смыслам многих других феноменов культуры, что позволило Фрейду возвести Эдипов комплекс в ранг универсальной культурно-психологической константы духовной жизни человечества. Значение Эдипова комплекса, по Фрейду, столь велико потому, что в нем впервые самым впечатляющим образом через влечение ребенка к матери и вражду к отцу как сексуальному сопернику проявляется могучая энергия либидо — полового инстинкта, детские формы которого, не получив из-за своей асоциальности прямого осуществления, вытесняются в бессознательную область психики и настойчиво будоражат взрослого человека своим инфантильным содержанием, выступающим, как правило, в символическом облачении. Средством плодотворного разрешения запретных, но неустранимых побуждений либидо и общепринятых норм становится сублимация — процесс подмены запретных целей сексуальной страсти целями более “высокими” и несексуальными, на достижение которых расходуется энергия либидо. Сублимация запретных импульсов либидо есть, по Фрейду, источник и тайна культурного творчества. Концепция Фрейда, редуцирующая содержание и мотивацию культурной активности к первичным структурам психики и их эволюции, является для психоанализа культуры основополагающей, и даже очень серьезные модификации не отменяют ее главной схемы. Тема взаимоотношений личности и культурной среды раскрывается психоанализе культуры в романтическом ключе противостояния индивида, обуреваемого могучими инстинктами, и культуры, накладывающей на проявление индивидуальных стихийных порывов груз запретов. Поэтому, согласно психоанализу культуры, прогресс культуры не делает человека “счастливее”, но в возрастающей мере “невротизирует” личность.

Влияние психоанализа распространяется не только на область современной методологии гуманитарных наук, но и — через установление высокой ценности снов, грез, интуитивных актов, свободных ассоциаций — на сферу художественного творчества.

Лит.: А.П. Забияко. Психоаналитическая культурология// Культурология XX век. Энциклопедия.Т.2. - СПб: Университетская книга, 1998; Roheim G. The Origin and Function of Culture. N.Y., 1943; Лейбин В.М. Фрейд, психоанализ и совр. зап. философия. М., 1990; Фрейд 3. Введение в психоанализ: Лекции. М., 1991; Он же. Психоанализ. Религия. Культура. М., 1992; Он же. Либидо. М., 1996; Фромм Э. Душа человека. М., 1992; Юнг К.Г. Архетип и символ. М., 1991; Мелетинский Е.М. О лит. архетипах. М., 1994.